сказка просто так
Жил-был на свете мальчик. Совсем обыкновенный мальчик, то есть это был бы обыкновенный мальчик, если бы с ним иногда не случалась одна странность. Он слышал голоса тех, кто по всем правилам мироздания голосом обладать не должен. К примеру, однажды он услышал из вазочки с конфетами:
- Пожалуйста, заслужи меня! Мне очень, очень хочется быть съеденой, но не просто так, а со смыслом!
Это говорила большая шоколадная конфета.
Мальчик не то чтобы хотел эту конфету, но она уж очень просила.
- Хорошо, а что мне надо сделать, чтобы ты была съедена со смыслом?
- Нарисуй картинку или прочти стишок перед гостями. И тебе сразу меня предложат! Скорее, скорее, твоя мама идет, чтобы поставить вазочку на праздничный стол!
И действительно, пришла мама. И только она взялась за вазочку с конфетами, как мальчик сказал:
- Мама, я выучил стишок. Можно, я прочту его гостям?
Мама удивилась и обрадовалась, и конечно же, все случилось так, как сказала конфета. Мальчик прочел стишок, конфета была съедена со смыслом, остальные конфеты в вазочке сразу закричали, что они тоже так хотят, но мальчик уже ушел в свою комнату.
С тех пор, рисуя картинку или читая стишок, он каждый раз прислушивался, не заговорит ли вблизи какая конфета. Читать стишки у него получалось все лучше, да и не только стишки, к концу школы он уже мог с выражением прочесть "Песнь о буревестнике" Горького, что и сделал, потому что нелепая статуэтка, которую назначили первым призом, упрашивала его почти со слезами.
Мальчик закончил школу, вырос в высокого юношу с глубоким, звучным голосом - и продолжал читать вслух. Об этом его просили самые разные вещи, а поскольку он был с детства хорошо воспитан, он никогда не отказывал в просьбе.
Но однажды случилось неожиданное. Юноша должен был выступить на конкурсе молодых чтецов, но в день выступления внезапно понял, что не может произнести ни слова. У него было готово прекрасное стихотворение, длинное, выразительное, желчное. Уже была его очередь идти на сцену, а он не то что ни слова сказать, шагу ступить не мог. Распорядитель, шипя, вытолкнул на сцену следующего участника, а юноше погрозил кулаком. Но тому уже было не до распорядителя. Ноги сами несли его в тесный и темный чулан со швабрами, листки со стихотворением бранили его самыми невообразимыми ругательствами, и только почти уткнувшись носом в какую-то тряпку на гнутой трубе отопления, юноша смог наконец разжать зубы и начать:
Я пришел к Рождеству с пустым карманом.
Издатель тянет с моим романом -
а дальше уже все само пошло, да так, что если бы это было бы прочитано со сцены, юношу вынесли бы из зала на руках.
С этого вечера судьба его совершенно переменилась. Стоило взять в руки какой-то действительно хороший текст - в горле вставал ком величиной с Британскую энциклопедию. При этом удобные и полезные вещи по-прежнему хотели быть полученными за чтение, и прходилось выбирать анекдоты, какие-то Бог знает кем написанные для эстрады произведения, часто пошлые и скучные. Но публике нравилось. А вещам было все равно, лишь бы сначала хлопали, а потом их вручили. Тем не менее, хорошие тексты юноше тоже хотелось читать, и поэтому время от времени он уезжал к мору весной или осенью, вставал на пустом пляже - и читал то, что не мог прочитать за вещи, читал, пока не срывал горло. А потом возвращался на сцену.
Так прошло еще несколько лет. И однажды юноше попался на глаза текст, который невозможно было не прочитать. Хуже того, никакой другой текст, ни плохой, ни хороший, невозможно было прочитать до тех пор, пока не будет прочитан этот - весь, вслух, прославленным глубоким голосом известного чтеца. Была середина лета, и юноше пришлось ждать октября, чтобы пойти на пустой пляж. Но и там текст отказался читаться. "Слишком много людей", - сказал он как отрезал. Тогда чтец взял текст подмышку и купил билет на поезд. Он ушел глубоко в степь, он шел два дня, не встретив ни одного человека, и к концу второго дня он снова раскрыл текст - посреди поля белой травы до самых сопок.
Но и тут текст читаться отказался.
Тогда юноша взял билет на самолет, а потом верблюда напрокат и поехал в самое сердце раскаленной пустыни.
- Прогони верблюда, - сказал текст.
- Но ведь там все мои запасы воды, - возразил юноша.
- Вот именно, - сказал текст.
Юноша понимал, что ни за час, ни даже за три часа ему не удасться закончить чтение, и верблюд за это время уйдет слишком далеко.
- Но я же погибну, - сказал юноша.
- Разумеется, - сказал текст.
Юноша подумал, что самое время бросить текст прямо в песок и уехать. Но вместо этого прогнал верблюда.
Он сел у подножия дюны, там, где было немного тени. Он скрестил ноги и раскрыл книгу. Он подумал, что это самая большая глупость, какую только можно сделать, что это самоубийство, что нормальные люди вообще не слушают указаний всяких там текстов.
А потом начал читать своим глубоким, хорошо поставленным голосом:
- В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог